Теннис большой и настольный

Александрийская школа настольного тенниса — тел +38 066 2801614

Теннис большой и настольный - Александрийская школа настольного тенниса — тел +38 066 2801614

НЕМЕЦКО-РУССКАЯ АКАДЕМИЯ и прочая, и прочая

Сразу скажу, что академий дочь не кончала и не проходила.

Да простят меня читатели, но отношение мое к расплодившимся в последнее время организациям под названием «Академия» весьма скептическое. Постараюсь объяснить почему. Воспитан я в такой среде, в которой за Академию признавали Академию Наук (России, СССР, РФ и др. стран) или на худой конец — Художеств, Медицинскую, Педагогическую. Называть какую-то иную организацию в России Академией, типа коммунального хозяйства (о, Боже!), есть и такая, у меня язык не поворачивается.

Все сказанное относится и к академиям тенниса, информацией о которых просто нашпигован Интернет.

Согласно всем умным словарям и энциклопедиям Академия это такое –

«высшее ученое или учебное братство и самое заведение; общество ученых или художников, соединенных под этим названием на пользу науки; такое же учебное заведение, для подготовленных образованием молодых людей».

По крайней мере, подобное учебное, спортивное заведение должно обладать четкой программой подготовки спортсменов высокого профессионального уровня и иметь весь комплекс сопутствующих необходимых вещей вроде медицинского обслуживания, питания, проживания и т. д. Хотя, с другой стороны, является ли обычный теннисный клуб с большим количеством кортов и тренеров Теннисной Академией, пусть решает сам конкретный «теннисный» родитель.

Надеюсь, что теперь читателю будет понятно, почему, когда на нашем теннисном горизонте замаячил человек, назвавшийся представителем теннисной академии в Германии, я отнесся к нему с большой долей скептицизма. У нас оказались общие знакомые. Мир тесен. И он, оказывается, был наслышан о дочери. А может быть теннисная прослойка слишком тонка. Однако то, что этот товарищ предложил нам, было весьма любопытно.

Это академия была чисто русской, т. к. там работали только бывшие и настоящие российские граждане и спортсмены.

Суть контракта сводилось к следующему. Академия берется за четыре года до 18 лет, дочери тогда шел четырнадцатый год, подготовить из Саши профессиональную спортсменку, т. е. вывести ее в первую сотню WTA. После выхода в эту самую сотню дочь должна будет вернуть затраченные на нее средства, сумма которых оговаривалась в контракте. В эти деньги входила плата за тренировки, проживание, питание, турниры. Одним словом за все, что связано с обучением теннису в этой русско-немецкой академии.

У нас после прочтения договора возникло несколько вопросов.

Что произойдет, если не удастся войти в сотню?

Ответ – «Дочь должна будет, так или иначе, отработать затраченные на нее средства, как тренер, спарринг в академии; родители могут выкупить этот контракт; академия сама может передать, уступить контракт другой организации или лицу. Ну, и, конечно, родители могут с самого начала оплачивать обучение. Тогда и возвращать ничего не надо будет».

Я еще раз изучил договор и пришел к выводу, что он сильно смахивает на какую-то кабалу, что, по моим прикидкам, возвращать деньги придется лет эдак до тридцати.

Ответ – «За это время Саша сможет натурализоваться, остаться работать в Германии и/или выйти замуж. Русских женщин с такой судьбой сейчас много в Европе».

Действительно, что еще русской девушке от жизни надо… «Мечта поэта». Поэтессы.

А как быть с обыкновенным, не теннисным образованием?

Ответ – «Экстернат. Так все делают. Пару раз в год будет приезжать в Россию и сдавать экзамены. А может и в немецкую школу пойти».

Как быть нам, родителям?

Ответ – «Вы сможете ее навещать. Вызовы сделаем».

Зная нравы немецкого посольства, и срок в девяносто дней, в течение которого можно

Находиться в Шенгенской зоне по любой гостевой визе, это все выглядело для нас, родителей, немножко стремно. И без нормального образования. Кроме того, Саша тогда активно и успешно работала с Натальей, времени и кортов в ЦСКА хватало.

И мы отказались.

Почему и какие были «… прочая, прочая»?

Три последних года из жизни в России дочь на все лето уезжала вместе со своим тренером и ее семьей в Англию. Там Наталья снимала небольшой домик в 30 км от Лондона у своего бывшего теннисного менеджера. Мы платили за Сашкино проживание и тренировки, прямо скажем, чисто символическую сумму. Мы вообще, надо сказать, платили своим тренерам «чисто» символические деньги.

Живя в Англии, имея там базу, дочь имела возможность легче планировать график турниров, и принимать участие во всех соревнованиях ITF, проводимых в Великобритании, а также, т. к. у нее был годовой Шенген, выезжать на турниры в континентальную Европу. Согласитесь, что при такой ситуации наши затраты были в разы меньше, чем, если бы она всё лето сидела в Москве.

Вот этот бывший менеджер Натальи и мог, и собирался выступать в роли полноценного спонсора. Но об этом мы узнали гораздо позже, когда дочь уже собралась в США. По каким-то неизвестным мне причинам Наталья категорически не хотела вести с ним переговоры, оставляла его, по ее выражению, «на крайний случай», мы же без её ведома не решались начинать переговоры. Он же видно ждал, чтобы мы его попросили. Надо сказать, что этот господин был очень жесткий человек, уже тогда, по рассказам дочери, я не ездил с ней в Англию, он регулярно пытался влезать в тренировки, советовал тренеру, что и как делать, чему учить Сашу. Наталье это очень не нравилось.

Почему и как дочь рассталась с Натальей, я расскажу в следующей главе. «Крайний случай» наступил, но было уже поздно.

В заключение этого лирического отступления могу сказать, что последний год нам оплачивал поездки заграницу один отечественный предприниматель.

Примечание к лирическому отступлению №9.

Забыл совсем. Наверное, все обратили внимание, что во всех разговорах с серьезными людьми присутствуют цифры два – четыре года. Дело в том, всем хочется видеть результат. В виде призов, побед, рейтингов. Но реальные призы и перспективы начинаются у юниоров на турнирах ITF до 18 лет. Большие Шлемы, Уимблдоны и т. п.

Их результаты как-то можно использовать впоследствии для попадания на взрослые турниры. Юниорские турниры можно играть, начиная с 13 лет, взрослые турниры с 14 лет. Практически одновременно. Возникает соблазн забыть о юниорах, но вступает в действие лимит на взрослые турниры. А практика игровая нужна. Приходится выкручиваться как-то. Но раньше 18 лет набрать необходимую норму турниров для учета взрослого рейтинга без помощи больших денег, ведущих агентских компаний и федераций невозможно. Вот и приходится родителям, не получившие эту помощь, рассчитывать на результат не ранее 18 – 19 лет.

18 – 14 = этим пресловутым четырем годам. Но, не как двум.

Эпизод №5