Теннис большой и настольный

Александрийская школа настольного тенниса — тел +38 066 2801614

Теннис большой и настольный - Александрийская школа настольного тенниса — тел +38 066 2801614

Здесь и сейчас на теннисном корте

Вернемся к теннисному корту. Чтобы рассмотреть швы на мяче, внимание необходимо сфокусировать в узкий луч. Это помогает в борьбе с нервозностью и прочими ненужными вещами, которые могли бы вдруг попасть в поле нашего внимания. Прочувствовать свое тело — это более широкий фокус, в нем охвачено сразу множество ощущений, которые могут оказаться полезными в процессе обучения теннису. Если сразу включить в поле внимания ветер, движения вашего противника, траекторию мяча, да еще и ощущения вашего тела, то это будет еще более широкая фокусировка, хотя такой подход может быть вполне адекватен поставленной задаче. И все равно это — определенная фокусировка, поскольку она оставляет за пределами внимания то, что в данный момент не представляет интереса, и высвечивает именно то, что сейчас актуально. О такой фокусировке можно сказать одну очень важную вещь: она всегда здесь и сейчас, то есть существует в настоящем времени и в данном месте. В первой части этой главы мы перебрали несколько вариантов для понятия «здесь» в качестве объектов для сосредоточения. Швы на мячике позволяют более четко сфокусировать в пространстве наше внимание, чем, скажем, мячик сам по себе. И так мы последовательно включаем в поле нашего внимания один элемент за другим — от издаваемых мячом звуков и до осязательного ощущения каждого нашего движения. Таким образом мы охватываем все более и более широкую область познания.

Однако помимо «здесь» существует еще и «сейчас», и оно не менее важно. Говоря попросту, нам нужно настроиться исключительно на то, что происходит в настоящем. При сосредоточении внимания самые серьезные проколы могут случиться, когда мы позволяем нашему разуму прогнозировать события, которые должны произойти, или предаваться размышлениям о том, что уже произошло. Смешно смотреть, как легко наш разум поддается на провокации, начинающиеся со слов «а что, если…». Он легко задается вопросом: «А что, если я проиграю это очко? Тогда счет на подаче соперника будет уже 5 : 3. Если я не выиграю его подачу, то проиграю первый сет, а скорее всего, меня вообще разделают в этом матче. Да уж, а что скажет Марта, когда услышит, что я продул Джорджу?» На этом этапе естественно ожидать, что разум позволит себе предаться фантазиям насчет того, как же все-таки отреагирует Марта, когда узнает о вашем проигрыше. А тем временем здесь и сейчас счет все еще 3 : 4, 30 : 40, а вы, считай, даже и не сознаете, что находитесь на корте и участвуете в игре. Энергия, столь необходимая вашему сознанию для того чтобы выкладываться сейчас по полной, утекает куда-то в воображаемое будущее.

Таким же точно образом разум может утащить ваше внимание куда — нибудь в прошлое. «Если бы судья на линии не засчитал последнюю подачу как аут, счет был бы 40 : 40 и все было бы нормально. Ведь на прошлой неделе все было абсолютно так же, и тогда я проиграл. В результате я, похоже, утратил уверенность в собственных силах, а сейчас все это повторяется снова. И с чего бы это?»

В теннисе, слава богу, все это долго продолжаться не может — раньше или позже ваш партнер бьет по мячу, и вы быстренько возвращаетесь в «сейчас». Правда, в такой ситуации обычно часть вашей энергии уже растрачена в воображаемом мире прошлого или будущего, так что к настоящему вы возвращаетесь отнюдь не в лучшей форме. В результате окружающий мир предстает каким-то смазанным, мяч летит быстрее, чем хотелось бы, и выглядит совсем маленьким. Кажется, что даже корт сжимается в своих размерах.

Поскольку наш разум, судя по всему, обладает своей собственной волей, то как нам заставить его жить только в настоящем и никуда не отлучаться? Только тренировкой. Другого пути просто нет. Каждый раз, как он вздумает куда-нибудь слинять, вежливо, но решительно верните его назад.

У меня для этого дела есть машинка, стреляющая мячами в широком диапазоне скоростей, и особое упражнение, помогающее моим ученикам понять, что это значит «быть сейчас» и никуда отсюда не отлучаться. Я предлагал ученикам встать у сетки в готовности принимать удары с лёта, устанавливая машинку на задней линии и запуская ее на скорости три четверти от максимума. Ученики в момент забывали о своем легкомысленно-расслабленном тоне и приводили себя в полную боевую готовность. Сначала им казалось, что мячи слишком часто следуют друг за другом, но скоро они приспосабливались и реагировали быстрее. Я, со своей стороны, потихоньку прибавлял и прибавлял скорость, а мои ученики реагировали на это все большей сосредоточенностью. И вот, когда они уверенно отвечали на мячи, летевшие в них на предельной скорости, и полагали, что действуют абсолютно сосредоточенно, я переставлял машинку на середину корта, то есть метров на пять ближе, чем раньше.

В этот момент многие ученики теряли самообладание, поскольку появлялся новый фактор — определенная степень испуга. У них слегка напрягались предплечья, из-за чего движения замедлялись и теряли точность. Я, как всегда, советовал: «Расслабьте предплечья. Расслабьте свой разум. Просто расслабьтесь и не покидайте настоящего времени, сосредоточьте внимание на швах мяча — и пусть будет как будет». И вскоре они снова уверенно встречали летящие в них мячи прямо перед собой и самым центром ракетки. Я не видел на их лицах даже следа самодовольных улыбок — только полную сосредоточенность и углубленность в игру. Потом некоторые ученики рассказывали мне, что им казалось, будто скорость мячей снизилась. Другие замечали, что ощущение было сверхъестественным, они не верили своим глазам, когда отбивали мячи, не имея времени даже подумать о них. Каждый, кто хоть раз, хоть на минуту побывал в настоящем состоянии «сейчас», знает это переживание, это сочетание покоя с восторгом. И каждый жаждет его повторить.

Таким образом мы резко повышаем свою «боеготовность», и это сразу сказывается на нашей способности отбивать мячи «с лёта». Обычно такие мячи отбить непросто: то наша ракетка уходит в момент удара слишком далеко назад, то мяч попадает слишком далеко от ее центра. Погрузившись с головой в настоящее, мы с легкостью видим, где должен находиться мяч в каждый момент, и реагируем достаточно быстро, чтобы подставить под него ракетку именно в тот момент, который нам нужен.

Есть такие игроки, которые, оказавшись около сетки, просто считают себя слишком медлительными, чтобы правильно встретить достаточно сильный удар. Но ведь время — вещь относительная, и мы действительно в силах его затормозить. Сами подумайте: в каждой секунде целая тысяча миллисекунд. Это же очень много. Настоящая боеготовность измеряется тем, сколько раз за конкретный период времени вы способны пребывать в настоящем «сейчас» и действительно «начеку». Если сформулировать результат, то он будет очень прост: научившись удерживать свое внимание в точке «сейчас», вы несравненно лучше представляете себе, что в этот момент происходит вокруг.

Натренировав способность быть в любой момент конкретно в настоящем времени, я обнаружил, что теперь могу, встречая подачи, сменить позицию. Если раньше я предпочитал стоять у задней линии, то теперь появилась возможность действовать внутри корта, в 30 сантиметрах от линии подачи. Будучи сосредоточенным и расслабленным, я могу внимательно рассмотреть даже самые быстрые подачи, «замедлить полет мяча во времени» и моментально отреагировать, подцепив мяч буквально через миллисекунды после того, как он отскочил от корта. Тут уже не остается времени для размышлений о том, что я делаю, и даже о том, куда лучше послать мяч. Остается только хладнокровная сосредоточенность, спонтанная реакция на летящий мяч и завершение удара, придающее мячу нужную скорость и направление. И прямо в следующий момент я готов оказаться рядом с сеткой — намного раньше противника, все еще стоящего на подаче.

Противник, видя, как я готовлюсь принять его мяч, стоя на линии подачи, вряд ли сумеет сразу переварить такую новость — скорее всего, он воспримет такое поведение как оскорбление в свой адрес. Пытаясь проучить наглеца, он почти наверняка не единожды сделает двойную ошибку. Это еще ладно, но перед ним сразу же встанет еще одна проблема: ему придется отвечать на прямой удар откуда-то из совершенно неожиданного места.

Вы, естественно, подумаете, что вряд ли подобная тактика пройдет, если против меня будет играть на подаче первоклассный мастер. Вот и нет. Поэкспериментировав всего несколько месяцев, я сумел с превеликим успехом использовать этот финт в турнирной игре. И чем чаще я обращался к этому приему, тем более быстрыми и точными становились мои реакции. Благодаря сосредоточению часы, казалось, замедляли свой ход, и у меня оказывалось достаточно времени, чтобы увидеть мяч и спо — койно провести прицельный удар. Поскольку я теперь мог встретить мяч сразу после отскока, прямо у самой земли, мне уже не требовалось учитывать угол отражения мяча — а ведь с ним так любят поиграть опытные спортсмены, по-разному закручивая мяч при подаче. А уж благодаря тому что я оказывался у сетки раньше противника, я завоевывал на корте командные позиции.